№2 (370) февраль 2024 г.

Тер-Шмавон Гевондян: Нашу Церковь хотят ослабить, а народ разделить

Просмотров: 3565

Интервью с Иереем церкви Святого Акопа в Канакере

– Христианство является неотъемлемой основой армянской культуры, если шире – цивилизации. Даже во времена советского атеизма наша Церковь не подвергалась гонениям в той степени, в которой она подвергалась в России. Люди не перестали быть прихожанами, по крайней мере на уровне ритуалов – крестины, венчание, отпевание. Но после землетрясения появилось множество сект, и число сектантов сегодня исчисляется сотнями тысяч, по некоторым подсчетам, их около 300.000. Как по-Вашему, можно было избежать взрыва сектантства и как?

– Сперва немного истории. Гонения на Церковь были. Может, масштаб был поменьше, чем в России, но тем не менее за 20 первых лет советской власти было разрушено очень много церквей. И в те времена была популярна поговорка, что армяне пытаются стать большими католиками, чем Папа Римский, потому что нашлось достаточное количество богоборцев, которые хотели не отстать от модного тогда тренда. Около тысячи служителей Церкви, стоявших на разных ступенях церковной иерархии, были сосланы. Но после битвы под Москвой, когда православие стало возвращаться в Россию, послабления коснулись и нашей Апостольской Церкви. Более того, в конце сороковых, когда начался процесс репатриации, в Армению приехали люди, которые никогда не прекращали свою связь с Церковью. Что тоже способствовало реабилитации христианства в Армении. Более того, когда в начале пятидесятых от Католикоса Вазгена I потребовали отдать богатства Эчмиадзина светской власти, он ответил, что они принадлежат всему армянству, а не только тем, кто живет в Армении. И это было принято. Правда, и Церковь, и диаспора до того отметились существенной помощью фронту, люди отдавали последнее для победы над Гитлером.

Что же касается воинствующего атеизма тогдашних властей, то сакральность все равно была сохранена даже среди партийцев. Меня, в частности, крестили ночью, чтобы не вызывать особого внимания.

Теперь о сектантстве. На мой взгляд, в число 300.000 включены не только члены сект, но и просто неверующие. Самих сектантов тысяч 150–170. Немало, но для борьбы с сектантством нужны священники, которые находятся в плотном контакте с паствой, а у нас наблюдается, выражаясь по-современному, явный их дефицит. Для миллионного Еревана у нас всего 30 священников. По всей Армении – немногим более трехсот. А нужно гораздо больше. Если по одному священнику на село – это тысяча. А в Ереване, учитывая плотность населения – не менее трехсот. В итоге получается, что у нас их как минимум в четыре раза меньше от потребного. Священник должен не только служить в церкви, но и ходить по домам, утешать страждущих, проповедовать и т.д. Жизнь священника очень трудна, он – подвижник. У нас много молодежи интересуется богословием, многие состоят в молодежных организациях при Церкви, они в состоянии проводить, грубо говоря, сакральный ликбез, но этого мало. Они должны получить углубленное образование, заниматься с паствой, значит, не смогут работать вне Церкви, а им нужно содержать свои семьи. И тут проблема упирается в секулярное – в финансы. Да, Церковь у нас небедная, но и расходы огромны. При этом она выплачивает практически все налоги, кроме налога на имущество самой Церкви, но никак не на имущество церковных организаций. Один день семинариста обходится в 10.000 драмов, срок обучения – 6 лет. Социальные программы, помощь страждущим и т.д. А если еще учесть желание власти не облегчить участь Церкви, а еще более обременить ее дополнительными налогами, то картина получится явно неутешительная.

– Считаете ли Вы, что Церковь должна усилить свои контакты с паствой на уровне существующих каналов коммуникации? Чтобы верующие или даже не очень верующие получали ответы на свои вопросы? В Библии ответы есть, но не всякому дано их понять. Церковь занимается душой, и, как кажется, фронтмены Церкви должны уметь объяснить то, что скрыто от обычного глаза вне секулярных представлений.

– Контакты усиливаются, но не в той, конечно, степени, в которой нужно. В фейсбуке недавно открылась программа «Библия за год», в которой священник отец Маркос из Эчмиадзина разбил Библию на главы и каждый день ее читает. Естественно, с комментариями. И у него много последователей. За год можно, при должном усердии, прочитать всю Библию, не для экзамена, а для себя. Есть религиозный канал, а в остальном придется снова пожаловаться на недостаток священников. И если люди воцерковленные сами приходят в Церковь, то к остальным Церковь должна приходить сама. Когда человек бдителен, осознан, его трудно совратить, но ему нужно помочь стать таким.

– Меня как-то пытались завербовать «Свидетели Иеговы». Я сказал, что проблем не вижу, но пусть они мне ответят, почему «блаженны нищие духом, ибо их есть Царствие небесное»? Это были две симпатичные девчушки с соблазнительно торчащими из-под мышек красиво изданными Библиями, надо полагать, с соответствующими толкованиями. Они признались, что ответа не знают, но у них есть один, которые знает все ответы на все вопросы. Я дал им свой номер, и этот «всезнайка от свидетелей» мне позвонил. Ответа он не знал, и от меня отстали, но к другим пристают, причем иногда успешно. Как кажется, именно доступность религиозных знаний позволит избежать вербовки в секты, которые снова обрели активность. Надо сказать, что это нелегко, прозелитизм сегодня обогащен опытом спецслужб. Есть какие-то направления церковной деятельности, которые противостоят сектантству? И возвращению адекватности бывшим сектантам?

– Ваши надежды на ответ кажутся наивными. Вербовщики проходят ускоренный курс, не хочу сказать – дрессировки, который предполагает умение вербовки, но не сакральное знание. Завербованным дают то, что они хотят слушать, не более того. Успешных вербовок можно достичь большим человеческим ресурсом, который создается большой финансовой подпиткой извне. Создаются большие вербовочные отряды, и они шуруют по городам и весям по принципу: дверь закрыта – лезь в окно. Их цель – ослабить единство нашего народа. Одна вера – это слишком серьезно, и для того, чтобы ослабить ее, нужно народ разделить. Само христианство до четвертого века было единым, и я почти уверен, что все первые сектанты – и Арий, и Нестор, и другие – были направлены в христианство именно с целю раскола, а не выявления сакральной истины. И всегда возникает вопрос – а кто они, эти сектанты? И чьи интересы обслуживают, раскалывая общество? Во время т.н. «цветной революции» именно сектанты обеспечили количеством протестующих начальную фазу. Сперва обещания рая, а потом плата по счетам тем, кто вложился в революцию. И это наглядно видно сегодня, когда Армения по частям отдается врагу. История Армянской Церкви исключена из школьных программ, история армянского народа отредактирована – такое впечатление, что в Турции. Отказ Католикосу в традиционном новогоднем поздравлении по центральному каналу… Не надо обладать особым воображением, чтобы увидеть в этом звенья одной цепи и цель – ослабить Церковь и расколоть народ.

Тем не менее обманутые сектанты – это наши граждане, и они будут пребывать в обманутом состоянии, пока им не откроют глаза. Специальных подразделений в Церкви нет, эта миссия – на священниках. Я сам имею достаточный опыт общения с сектантами, объясняя им их заблуждения. Иногда, если человек сохранил способность думать, это удается, но есть и такие, которым так обработали мозги, что сделать их адекватными уже практически невозможно. Более всего это касается тех, кто на своем сектантстве делает деньги, вербуя новых адептов, получая премиальные за успехи на ниве прозелитизма – ловле душ – и т.д. Есть сектантские семьи, в которых никто не работает, но тем не менее они достаточно хорошо живут, зарабатывая на ловле душ.

Борьба с сектантством – задача не только Церкви, но и государства. Если человек относится к какой-либо секте, в правилах которой записано не носить оружие, то приходится специально для них придумывать особенные виды службы, называемые альтернативными. Есть секты, подрывающие устои семьи – ячейки государства, большинство сект занимается уличной пропагандой, выдаваемой за «благовещение», но государство этим совершенно не озабочено. И в конце-то концов, если секта сидит на внешнем финансировании, то чьи приказы она будет выполнять? Отсюда и их активность во время и после «революции». В то время как духовная защита – это безопасность нации.

В Конституции заложена норма о равенстве вероисповеданий, но тем не менее Армянской Апостольской Церкви отдано преимущество. Пока. Но я не удивлюсь, если следующим шагом правительство откажется от военных капелланов в армии.

– Вы полагаете, что военные капелланы обрели свою роль в армии? Все-таки мы потерпели поражение…

– Капелланы – не военачальники. Они отвечают за моральный дух и христианское поведение в бою, операции они не планируют, войсками не командуют. Капелланы служат примером – вплоть до того, что берутся за оружие, если ситуация тяжелая, и погибают тоже. А причины поражения правильнее искать в предательстве. Когда-нибудь, я надеюсь, поражение будет системно проанализировано.

– У нас сразу после революции или даже во время нее начались нападки на Церковь, что вполне помещается в методики «цветной революции». На Украине пытаются вообще ее запретить и внедрить свою, которой можно легко управлять. Не видите ли Вы те же технологии у нас?

– Технологии однозначно одинаковые. Вспомним захват викариата в Эчмиадзине. Мы входим в викариат, как в храм, – а тут появилась группа отмороженных, иначе как отщепенцами их не назвать, и делала все, что делать нельзя: курила, закусывала и т.д. Скажу, что прямо перед их вторжением была упразднена охрана Католикоса, и отщепенцы, среди которых был и впоследствии награжденный должностью проректора Гюмрийского университета, получили возможность дергать Католикоса за одежду и близки были к более откровенному насилию. Но один из епископов оказался человеком не сентиментальным и дал хулигану по ушам, что резко успокоило безбожников. Им казалось, что священники только тем и занимаются, что подставляют щеки хулиганам. Добавлю, что епископам отменили дипломатические паспорта, что тоже укладывается в общую картину гонений.

– И в то же время вместе с неприятием Церкви в технологию революции входило обожествление Пашиняна с апостолами. Посох, вход в Ереван, как в Назарет, и т.д.

– Безусловно. За рубежом он выразился проще, сказав, что он – спаситель. И вообще, кто не принимает его – тот не принимает Господа. Понимаю, что возникает вопрос: а почему Церковь не выступила против этой ереси? Вопрос сложный, как и время, и было решено, что слово Церкви может привести к обострению конфронтации. Позиция выражалась, но на уровне церковных общин, слово же Церкви могло привести к гражданской войне. Что стоило «революционерам» устроить прямой захват Эчмиадзина, как это произошло на Украине? Накачать сектантов и указать цель? Сегодня есть движение за новую Армению и нового Католикоса, направленное на приватизацию Церкви…

– Может в какой-то момент Церковь обратиться к народу за защитой? Если события развернутся в совершенно бандитскую форму?

– До этого не дойдет – я уверен. Церковь Христа основана самим Христом, ей присущ Святой дух, и Церковь не окажется в настолько плачевном состоянии, чтобы взывать о помощи к народу. Она пережила репрессии в начале советской власти, переживет и это. Господь не дал и не даст этому произойти, а все, что происходит – это оттого, что мы сами отдалились от Господа. Удаляясь от света – попадаешь в тьму, и начинаются конфликты и прочие козни дьявола. Мы, к сожалению, стали чтить обычаи, но не суть. И о воздаянии часто забываем.

– При этом мы фактически в состоянии войны. В православии, как кажется, функция защитника Родины обозначена более четко, нежели у нас. Да, убийство – грех, но если пришли убивать тебя? Подставить щеку или взяться за оружие? Не могли бы Вы объяснить те самые догматы, которые позволяют обычному человеку стать воином?

– Относительно подставления щек слишком много манипуляций. В реальности же, как это следует из текстов Библии, Господь имел в виду отношения между братьями, товарищами, родственниками – одним словом, близкими людьми, между которыми вспыхнула ссора, и один ударил другого. Чтобы быть буквальным – по правой щеке. Если ответить – то начнется драка. А можно сказать: «Ты ударил по правой щеке – ударь и по левой». Ни один уважающий себя человек этого не сделает, если даже он ожидает всего – что его в ответ ударят чем-нибудь более весомым, чем рука. И тогда грех ссоры останется на нем. Если кротость христианина его останавливает, значит, не все в нем потеряно. Этот тезис часто используют сторонники язычества, мол, христианство нас обезоружило перед врагом. На самом же деле и в христианское время за нами числятся большие победы. Более того, в дохристианскую эру за нами числится только победоносный Тигран Великий, а в христианскую были и военные, и дипломатические победы. «Продай одежду свою и купи меч» – это слова Иисуса. И в армянской истории именно священники становились символами сопротивления. В армянской христианской истории мы никогда не нападали, только защищались, причем эффективно, но при одном условии – если не было предательства. И символами сопротивления всегда были Вера и Родина, это то, что делает обычного человека воином, ибо и одно, и другое требует защиты. А предательство – это происки дьявола.

– Евреи сумели сохраниться как нация в течение тысячелетий, потеряв Родину, и сумели снова обрести ее. Их вера основана на Ветхом Завете, наша – на Новом. Сможем ли мы, утеряв Родину, сохраниться как нация? Как кажется, с Новым Заветом мы скорее растворимся в других народах, нежели сохраним себя?

– Новый Завет не отрицает избранность. Евреи сумели дать миру Иисуса, но, по словам апостолов, после Иисуса все верующие равны перед Господом. Это означает избранность, но избранность в долге, а не в правах. Ею нельзя кичиться, ибо это означает грех. Евреи сохранились благодаря трем приоритетам – Учитель, Доктор и Солдат. В Израиле эти три профессии считаются самыми престижными. В трудные годы Учителем становился дедушка, который учил внуков Торе, часто не брезгуя телесными наказаниями. У нас же профессия Учителя дискредитирована, как в смысле авторитета, так и вознаграждения. Учитель в свое время закладывал в детях не только знания, но и гражданственность, сегодня этого нет. Результаты очевидны.

– Что больше всего мешает нам стать народом, ответственным за свою Родину, не поддаваться на обещания популистов? Понимать, что тебя обманывают, когда взывают к твоей гордости, потому что гордыня – грех? Чтить заповеди, которые являются, если грубо, механизмом сохранения цивилизации? Не обманывать, быть верным данному слову? Что, грубо говоря, является дорогой в рай?

– Если народ следует моральным принципам, он обретает мощь. Институт семьи для нас священен, и именно он подвергается нападкам. В информационном поле, в фильмах, сериалах пропагандируется легкомысленное отношение к семье. Не понравится – разведемся. А ведь семья не кино, это еще и служение. Истинная любовь предполагает еще и жертвенность ради любви любимой или любимого. Устои расшатываются, причем не только у нас. Папа Римский уже принимает однополые браки, христианство вступает в постмодерн, в котором разрешено если не все, то очень многое, противное Богу. А ведь сегодня закладываются устои будущего. Отними у народа мораль – и через поколение, максимум два его просто не станет. Во время войны некоторые солдаты за две-три сотни долларов фотографировали позиции и посылали азербайджанцам. Т.е. духовности у них – ноль, за небольшие деньги они готовы продать Родину, дьявол не дремлет. Предатель не представляет себе меру, которая отведена ему за предательство, потому что ему не объяснили, что есть воздаяние и как оно работает.

Дорога же в рай проторена духовностью. Не всем даны высоты духа, но представлять себе работу души христианин должен. И добавлю, что хороший патриот – это хороший христианин. Человека легко обмануть, если он этого хочет. Можно сказать, что завтра на всех посыплется золото, и тот, кто верит в то, что можно жить в праздности – этому поверит. И придут тогда волки в овечьих шкурах…

– Как Вы видите будущее нашей Церкви? Справится ли Церковь, если будут введены уроки религии в школах? Нужно ли транслировать воскресные проповеди по церковным каналам, естественно, наиболее состоявшиеся? Церковь сегодня конкурирует с «ловцами душ». Насколько она отвечает задаче выиграть эту конкуренцию?

– Да, справится. Нам не хватает священников, но есть большое число учителей в воскресных школах, Церковь их каждый год аттестует. Детям же надо объяснять историю Церкви, существо и причины праздников, знакомить с Библией. Пока это не было запрещено, Церковь с этим справлялась, справится и сегодня.

Воскресные проповеди транслируются, естественно, не все. Виртуальная воцерковленность нужна не сама по себе, а как путь к Церкви, где работают уже гении времени и места. Но в любом случае лучше виртуальная воцерковленность, нежели реальная дьявольщина.

Скажу больше, Церковь сегодня сознает необходимость информационной работы. Что-то получается хорошо, что-то – не очень, но главное – необходимость этой работы осознана.

Цель Церкви – открыть человеку Господа, а не заниматься прозелитизмом. Тем более что Армянская Церковь никогда этим не занималась. Мы можем человека пригласить в храм, но не втаскивать в него силой или обманом.

– И в конце – Ваши пожелания читателям газеты.

– Пребывайте с Богом и в добром здравии.

Беседу вел Арен Вардапетян

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 75 человек

Оставьте свои комментарии

Комментарии можно оставлять только в статьях последнего номера газеты