№11 (322) ноябрь 2019 г.

Гагик Арутюнян: Внешнеторговый оборот Армении с Китаем занимает второе место после России

Просмотров: 2849

Гагик Арутюнян, один из ведущих специалистов в области национальной безопасности, в последние годы серьезно занимается Китаем, который благодаря своему появлению на Ближнем Востоке стал все больше интересовать политологов. Предстоящий 70-летний юбилей КНР – хороший повод подвести некоторые итоги непростого пути Китая в современный мир.

– Китайской Народной Республике минуло 70 лет. По достижении этого возраста коммунистический СССР уже полным ходом шел к развалу. Китай же, несмотря на коммунистическое управление, демонстрирует завидную живучесть. Он владеет каким-то секретом, который не был доступен СССР?

– В 70-80-е годы прошлого века в странах с однопартийной системой управления наступил кризис. Попытка решения возникших в СССР проблем приняла характер горбачевской «перестройки» и завершилась тяжелыми последствиями, согласно известной максиме, что «тотальная победа рынка опаснее авторитарной коммунистической идеологии». События же в КНР развивались иначе. В 1977 г. под руководством Дэн Сяопина началась «пекинская весна», которая привела к укреплению государства и крупным реформам во всех сферах общественно-политической жизни. Созданная именно в этот период комиссия наряду с мировым изучала и советский опыт – во избежание ошибок. КНР, в отличие от СССР, удалось сформировать «идеологическую триаду», когда в обдуманных «пропорциях» совмещаются социалистическая, либеральная и национально-консервативная идеологии. Новизна тут в либерализме, принципы социализма были сформулированы китайским философом Мо Цзы еще в V веке. В управлении государством сохранилась ведущая роль коммунистической партии, либеральные правила позволили экономике развиваться, а в обществе сохраняются и развиваются конфуцианские каноны. В административно-политической системе действуют принципы меритократии (власти достойных), согласно которым руководящие должности должны занимать наиболее способные и подготовленные. Если судить по результатам, то в Пекине опирались на правило, согласно которому «идеология – это комплекс инструкций, обеспечивающий самый эффективный режим и взаимосвязь процессов». Итог мы знаем – Китай стал сверхдержавой и активно стремится лидировать в науке, обогнав США по количеству патентов.

– А как китайцы относятся к своему «чисто» коммунистическому прошлому? Как к истории, которую следует забыть, осудить или воспринимать спокойно, как то, что произошло в определенное время и в определенном месте?

– В Китае считают, что основу сегодняшней мощи заложила компартия во главе с Мао Цзэдуном, и сегодня люди выстраиваются в огромные очереди, чтобы попасть в его мавзолей в центре Пекина, на площади Тяньаньмэнь. Китайцы вообще считают забвение истории предательством, а «камни прошлого – ступенями в будущее».

У нас, к сожалению, не сложилось столь трепетного отношения к своей истории. Небольшой исторический экскурс. Восточная Армения, как известно, называлась Эриванским ханством и находилась под персидским владычеством. 5 октября исполнилось 192 года с того дня, когда в 1827 году генерал Паскевич на волне армянского освободительного движения занял нынешний Ереван. Это судьбоносное событие позволило нам сохранить идентичность и стало основой для восстановления государственности, и пример этому – наши три республики. Но если Первой республике, в основном благодаря АРФД, посвящаются немногочисленные конференции и исследования, то совсем иное положение со Второй республикой. Между тем скоро, 29 ноября 2020 года, исполнится 99 лет со дня установления советской власти в Армении и образования Второй республики – Армянской ССР. Она просуществовала 71 год, и за эти годы АрмССР стала страной с мощным промышленнотехнологическим и передовым научно-образовательным сегментами, в которых трудились ученые, инженерный корпус, высококвалифицированные рабочие, создавали свои шедевры замечательные писатели, композиторы и художники. Заметим, что спустя 30 лет Третья республика так и не достигла ВВП своей предшественницы. Однако словосочетание «Вторая республика» – редкий гость в нашем медиапространстве и упоминается лишь в негативном контексте. Более того, в последнее время делаются попытки предать забвению и славные страницы Третьей республики – карабахское движение и его героев. Тем самым, к сожалению, повторяется история, когда во Второй республике предавали забвению наследие так называемой «дашнакской республики». Камни прошлого для нас так и не превратились в ступени в будущее.

– Китай по паритету покупательной способности уже обогнал США. Что это дало Китаю – понятно, а что это дало миру? Одни беспокойства или надежду на стабильность? Каково, так сказать, геополитическое измерение китайской мощи?

– Усиление КНР уже сегодня существенно изменило контуры глобального геополитического расклада. И есть все основания полагать, что уже в обозримом будущем этот тренд стабилизирует хаотичную обстановку в мире. Характерно также, что все это происходит в «классическом китайском стиле», т.е. не сопровождается громкими заявлениями, угрозами или обещаниями, при этом центр экономической и политической мощи явно смещается на Восток. Достаточно отметить деятельность Шанхайской Организации Содружества (ШОС) и мегапроекта «Один пояс, один путь». В последний проект вкладываются миллиардные инвестиции, например, с участием представителей 70 стран создан Азиатский банк инфраструктурных инвестиций (уставный капитал – $100 млрд). По мнению западных аналитиков, все это открывает возможность формирования геофинансового альянса между Пекином и Москвой, который мог бы установить финансовый порядок, параллельный валютной гегемонии доллара и тем самым составить ему реальную конкуренцию.

Сравнительно меньше афишируется деятельность ШОС, в которую входят Россия, Китай, Индия и Пакистан, Казахстан, Таджикистан, Киргизия и Узбекистан. Странами-наблюдателями в ШОС являются Афганистан, Белоруссия, Иран и Монголия, а странами-партнерами – Азербайджан, Армения, Камбоджа, Непал, Шри-Ланка и даже член НАТО Турция. Такое широкое представительство столь отличающихся друг от друга стран обусловлено тем, что глобальная нестабильная обстановка в мире диктует странам – членам ШОС сближение в сфере безопасности. К тому же ШОС ассоциируется с привлекательным проектом «Один пояс, один путь», что и обеспечивает синергизм в реализации обоих проектов.

– Но оба проекта, насколько известно, сугубо мирные, никак не направленные на достижение военной гегемонии.

– Юридически – да. ШОС начала свою деятельность в 2001 г. после подписания Конвенции о борьбе с терроризмом и экстремизмом, примерно так же, как и ОДКБ. И вовсе не случайно, что в последние годы, в контексте глобальной нестабильности, особенно активизируются российско-китайские военные связи, и это демонстрируется, к примеру, как совместными морскими рейдами в Средиземном море, так и авиационным патрулированием над акваториями Японского и Восточно-Китайского морей. К тому же страны ШОС регулярно проводят совместные военные учения: совсем недавно прошли масштабные учения в России, а на совещании в Бишкеке министров обороны стран ШОС была утверждена программа действий до 2021 года. Сравнительный анализ показывает, что, несмотря на огромные расходы США в военной сфере, сегодня военные возможности и ресурсы стран ШОС стали вполне сопоставимы и сравнимы с НАТО. Формирование военного и экономического баланса сил между условными «Восточным» и «Западным» блоками позволит стабилизировать ситуацию в глобальном измерении. Более того, исходя из имеющихся трендов по охлаждению (мягко говоря) отношений между европейским и англосаксонским сообществами (США, Канада, Англия, Австралия), вовсе не исключено, что материковая Европа станет более адекватно, нежели ранее, реагировать на военно-политические реалии и тем самым наладит нормальный режим взаимоотношений с Китаем и Россией. Такой сценарий позволит сформировать интеграционное пространство в Большой Евразии – от Лиссабона до Пекина, что коренным образом изменит глобальный геополитический ландшафт.

– Вряд ли те, кто привык доминировать на этих пространствах, легко отдадут свою руководящую роль.

– Безусловно. Но появилось и сопротивление американской гегемонии с позитивным эффектом. Например, в нашем регионе в контексте «танкерных войн» и ударов по нефтяным инфраструктурам Саудовской Аравии создалась тяжелая ситуация вокруг Ирана. Ранее с большой долей вероятности произошел бы вооруженный конфликт, что, в свою очередь, неизбежно имело бы тяжелые последствия и для Армении. Однако сработал уже сложившийся китайский фактор в виде присутствия в этом регионе. Относительно недавно между Тегераном и Пекином была достигнута договоренность о том, что в ближайшие пять лет КНР будет инвестировать в иранский нефтегазовый сектор примерно $280 миллиардов и еще $120 миллиардов в инфраструктуру своего партнера. Более того, Китай для защиты своих инфраструктур собирается разместить на иранской территории пять тысяч военнослужащих. Т.е. присутствие Китая обретает не только экономическую, но и военную составляющую. Вдобавок, когда на пике напряженности в Ормузском проливе Вашингтон заявил о намерении установить там дежурство, чтобы заблокировать путь танкерам с иранской нефтью, Пекин заявил, что отныне эти танкеры будут сопровождать корабли китайского ВМФ. Параллельно на днях было объявлено, что в скором времени Россия, Китай и Иран проведут совместные военно-морские учения в Оманском заливе и Индийском океане, для чего в Тегеране пройдет совещание руководителей генеральных штабов этих стран. Очевидно, что в такой ситуации начинать войну с Ираном будет совершенным безумием.

– Т.е. сила Китая уже перестала быть «вещью в себе», а обрела международное признание. Причем произошло это в достаточно короткий срок, несопоставимый с историей Поднебесной. Как им за такой короткий срок удалось найти ответы на вызовы современного мира? Причем практически во всех сферах?

– Согласно современным представлениям, абсолютным критерием ценности того или иного государственного образования или общества является та совокупная духовно-интеллектуальная, творческая продукция, которую они создали за время своего существования. При таком подходе Китай, несомненно, является мировым лидером, так как сумел создать и, что крайне важно, сохранить несметное количество духовных и интеллектуальных ценностей практически во всех сферах. Особо отметим, что все эти достижения тесно взаимодействуют между собой и именно данный фактор является залогом как исторических, так и современных успехов. Для иллюстрации присущего китайцам высокого уровня духовно-интеллектуальной и стратегической мысли приведем следующий простой пример: до нашей эры численность населения Китая и Греции была около 10–12 млн человек. Численность также очень талантливых и, как сейчас говорят, креативных греков с античностью за плечами сегодня примерно такая же, тогда как в современном Китае проживает около полутора миллиардов человек. Т.е. они выполнили основную задачу нацбезопасности – обеспечили сохранность и идентичность нации, и в этом контексте нелишне вспомнить, казалось бы, несколько иррациональную версию о том, что Великую Китайскую стену построили не только против агрессоров, но и для удержания собственного народа в границах страны. Выражением подобной гармонии между иррациональными и рационально-прагматическими категориями является изречение крупного китайского стратега прошлого о том, что «забота о государстве должна проявляться в просвещении народа и любви к людям». Замечу, что выражение «любить людей» в контексте государственного управления в ту эпоху в источниках других народов я лично не встречал.

Беседу вел Арен Вардапетян

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 2 человека

Оставьте свои комментарии

Комментарии можно оставлять только в статьях последнего номера газеты