№9 (332) ноябрь 2020 г.

Ашот Сагратян: Я не давал выдавливать из себя человека

Просмотров: 943

Наш рассказ о творческом пути Ашота Сагратяна – самобытного мыслителя, поэта, переводчика, эссеиста, литературоведа, художника, действительного члена Академии педагогических и социальных наук, члена Международного сообщества писательских союзов (бывшего Союза писателей СССР), Союза журналистов, Союза театральных деятелей, Союза художников, Союза переводчиков России, преданного сына двух великих культур – армянской и русской.

5 лет тому назад, 20 ноября 2015-го, на 80-м году жизни не стало Ашота Аристакесовича Сагратяна

Служение избранной профессии выдвинуло Ашота Сагратяна в ряд наиболее интересных поэтов-переводчиков и интерпретаторов таланта многих именитых авторов. Для армянской литературы он сделал, возможно, не меньше, чем Валерий Брюсов с целой плеядой блистательных имен ХХ века. Достаточно вспомнить созданную Брюсовым антологию «Поэзия Армении» (1916 г.).

Перу Сагратяна принадлежат первые переводы на русский язык из прозы Григора Зограба и других писателей – жертв геноцида армян.

Лучшая из повестей Ваана Тотовенца «Жизнь на старой римской дороге» – дипломная работа Сагратяна в Литературном институте им. А.М. Горького – произвела на членов экзаменационной комиссии настолько неизгладимое впечатление, что они рекомендовали ее в печать. Лирика Ваана Терьяна и ашуга Дживани занимали его в равной степени, как и лирика и поэмы ранних лет Егише Чаренца.

Читателю будет небезынтересно узнать, что в 1967 году в Ереване на заседании комиссии по проведению 70-летнего юбилея Чаренца были оглашены результаты конкурса на лучший перевод хрестоматийного стиха поэта-трибуна – «Ес им ануш Айастани...» Председатель комиссии Арсений Тарковский во всеуслышание признал перевод Сагратяна лучшим. «Ес им ануш Айастани...», в сагратяновском переводе – «Я солнцем вскормленный язык моей Армении люблю», увидел свет на двенадцати языках. Может статься, что именно перевод Сагратяна дал толчок другим поэтам перевести этот стих на свой национальный язык. Параллельно переводит Сагратян поэму Ованеса Туманяна «Взятие крепости Тмук», а также отрывки из его «Тысячеголосого соловья», как и все до единого его поучительные четверостишия и многое другое из наследия классика армянской литературы.

Целую страницу в творчестве Сагратяна открывает перевод романа Мкртича Саркисяна «Судьбой приговоренные». Тема патриотизма, тема геноцида, репрессий сталинской поры становится для него едва ли не доминирующей. Ей Сагратян был верен до конца своих дней. Едва ли не к лучшим страницам его биографии относится перевод романа Костана Заряна «Корабль на горе», освещающего схватку Первой Республики Армения во главе с партией «Дашнакцутюн» с большевиками. Заслуженную славу принесли ему отрывок из поэмы «Татрагомская невеста» того же автора и его же поэма о возвращении праха великого Комитаса на родину. Дружба с Костаном Заряном, знатоком литературы и искусства Старого Света, на многие годы определила его интерес к европейской литературе и ее шедеврам.

В 1989 году Ашот Сагратян принимает заказ от Армянского театрального общества на перевод с армянского на русский в двух томах воспоминаний Ваграма Папазяна о мировом театре – «Взгляд в прошлое».

Из-под пера Сагратяна вышла едва ли не самая пронзительная поэма Паруйра Севака – «Бессонного набата колокольня». Посвящена она вардапету Комитасу, хранителю армянского мелоса. Не вникая в нюансы перевода Сагратяна и Гарольда Регистана, первого переводчика поэмы Севака под названием «Неумолкаемая колокольня», отметим лишь, что Регистан почему-то пропустил главу о «хазах», древней армянской нотописи. Ведь именно раскрытием их тайн с завидным упорством занимался Комитас.

Кого только из армянских писателей Сагратян не переводил! Перед самой кончиной Сильвы Капутикян (вместе с Гургеном Маари и Хачиком Даштенцем они в 1968 г. рекомендовали Ашота Аристакесовича в члены Союза писателей СССР) выслал он широко известной поэтессе тридцать шесть ее стихотворений и удостоился редкой похвалы в дарственной книге: «Сирели Ашот Сагратянин, ай мышакуйты ердвял нывырьялин. Хин андипумнери тарм ишохутюннеров». В переводе с армянского языка это звучит так: «Дорогому Ашоту Сагратяну, клятвенно преданному армянской культуре. Со свежими воспоминаниями о давних встречах».

* * *

Портрет Сагратяна был бы неполон, не укажи мы, что издал он семь авторских книг. Первый же сборник стихов Сагратяна – «Хроника душевных потрясений», увидевший свет лишь в 2001 году (его долго по разным причинам не публиковали), принес ему известность как поэту. В том же году издает он для переводчиков и учебник по психологии перевода – «Введение в опыт перевода. Искусство, осязаемое пульсом» (Москва, издательство «Грааль»), ставший настольной книгой на кафедрах перевода во многих вузах Российской Федерации.

В рамках проекта «Библиотека Марины и Гамлета Мирзоян. Дар школьникам Армении» выпустил в 2006 году достойный подражания сборник – «Журавлиной печали отчизна», куда вошли его пронзительные стихи об Армении, малая энциклопедия переводов классиков армянской литературы и ряд занимательных сказок под общим названием «Сказки для моей бабушки». Там же нашла место его повесть «Пещера Великого Охотника», посвященная первому армянскому художнику-наскальнику пещерного века. Отнюдь не противопоставляя себя Редьярду Киплингу, его герой становится первооткрывателем жизни своего рода-народа.

«Сказка о мальчике по имени Нагаш и о хлебе, который лаваш», известная в народе как мульт-

фильм «Кахардакан лаваш», став национальным бестселлером, уже который год не сходит с экрана. В 2001 году эта сказка была удостоена президентского гранта и в красочном переплете издавалась в Армении, отмечавшей 1700-летие принятия христианства как государственной религии. В Иране ее издают и переиздают, распространяя по разбросанным по всему свету армянским колониям. Для многих армянских малышей она стала первой любимой книгой.

В 2012 году в «Библиотеке газеты «Ноев Ковчег» увидела свет объемистая книга Ашота Сагратяна «Земля надежды нашей». В ней – образцы его изумительной прозы и раздумья о прошлом и настоящем родины.

Таджики, представители одной из древнейших цивилизаций, по сей день помнят и чествуют Ашота Сагратяна, посвятившего одному из выдающихся поэтов Востока книгу «Склонясь над думами Джами», вышедшую в дни его 600-летнего юбилея.

* * *

Талант Ашота Сагратяна проявился и в кино, где он блестяще сыграл роль Севачеряна в фильме «Братья Сарояны». Он же автор стихов к мюзиклу Эрнеста Мартиросяна «Восточный дантист».

Имел Сагратян в Москве и Подмосковье семь персональных выставок живописи. Его грандиозная выставка живописи и фарфоровых изделий своей росписи в столице России произвела фурор. Знаем Сагратяна и как автора портретной галереи. Интересна его манера исполнения. Широкими мазками пишет он портреты Минаса Аветисяна и Костана Заряна, Ваана Терьяна и Леонида Андреева, Авраама Линкольна и Оноре де Бальзака, Александра Пушкина и Егише Чаренца.

Многие годы Сагратян сотрудничал с газетой «Ноев Ковчег», был членом ее редакционной коллегии.

Умудренный жизненным опытом Ашот Сагратян, бескорыстный служитель Слова, подарил русскому читателю целую «Библиотеку шекспировских трагедий» («Гамлет», «Джульетта и Ромео», «Король Лир», «Отелло», «Ричард III», «Макбет», «Антоний и Клеопатра», «Венецианский купец», «Юлий Цезарь»; «Наука», Москва, 2013–2015) в стихах. Дарил в память о русской женщине, вскормившей его «молоком прекрасной русской речи» (строка в кавычках взята нами из «Литературной газеты», где творчеству Сагратяна была посвящена полоса). Дело в том, что, когда у матери Ашота Сагратяна пропало грудное молоко, младенца в московском роддоме Грауэрмана кормила своим молоком русская женщина. Может, потому и стал он живым мостом между культурами Армении и России.

* * *

Последним творением Ашота Сагратяна стал сборник «Подношение Ольге» («Наука», Москва, 2016).

Авторское обращение к читателю гласит: «Книга стихотворений, посвященных моей жене Сагратян Ольге Викторовне. Смею надеяться, что каждая из Вас так же любима и обожаема своими избранниками, ибо дороже любви ничего нет. Живущим любить».

Несколько строк о музе Ашота Аристакесовича – Ольге.

Эта удивительная женщина долго и мужественно ухаживала за тяжелобольным мужем, продлив ему жизнь. Именно в эти годы он приступил к переводу Уильяма Шекспира. И в каждую часть «Шекспириады» в 9 томах Ольга вложила свою душу, терпеливо записывая и печатая переводимые мужем стихотворные строки великого англичанина – гуманиста и человека Возрождения.

На протяжении всей совместной жизни Ашот Аристакесович почти еженедельно посвящал Ольге стихи о любви. Их набралось больше тысячи. Несколько сот из них вошли в сборник «Подношение Ольге».

«Ашот поднял меня на пьедестал своей любви, на недосягаемую высоту. Он сделал меня счастливой», – эти слова прозвучали на похоронах мужа из уст Ольги – верной и преданной, бесконечно любящей спутницы жизни.

* * *

В завершение нашего рассказа о талантливом поэте-переводчике приводим отрывок из книги Гамлета Мирзояна «Весь Сюник» в 3 томах (Москва – Прага, 2005 г.):

«Двое деловых джугинцев – Ходжа Захар Сагратян и Григор Лусикенц – в 1660 году предстали перед русским царем Алексеем Михайловичем, как Захарий Саградов и Григорий Лусиков, прося в поклоне о свободной торговле по водным путям России. От имени армянской торговой компании Нор Джуги (Персия) в дар царю преподносят они алмазный трон из сандалового дерева. На него ушло 28 фунтов золота пластинами и 8 фунтов серебра. А также крупных и мелких камней: яхонтов – 1.298, бирюзы восточной – 18.030. Название царскому месту дали 897 алмазов. Трон – творение рук отца Захария Саградова и его ученика Аствацатура Танри-Верана Салтаняна (Богдана Салтанова), будущего главного мастера Оружейной палаты Московского Кремля в 1686–1703 гг.

Среди прочих даров русскому царю было и медное блюдо работы Богдана Салтанова с выгравированной на нем «Тайной вечерей» Леонардо да Винчи. Знать бы, где оно теперь?

Этот риторический вопрос задал я Ашоту Сагратяну, прямому потомку Захария Саградова. И не только: как я проведал, он – еще и отпрыск владетельного князя Арцаха Гасана Джалаляна (Гасан-Джалал Дола; XIII в.)».

Кто знает, не слова ли бабушки Вардуи из знатного рода Гасан-Джалалова – «когда ты пишешь корявыми буквами, оскорбляешь красоту мира» – подвигли внука стать писателем-переводчиком? За новое прочтение пушкинского «Путешествия в Арзрум», как духовное завещание поэта, Ашот Сагратян первым из армян был удостоен Золотой Пушкинской медали.

Доброе имя завещал Ашоту отец, заслуженный инженер Армении Аристакес Сагратян, отдавший десятки лет развитию железных дорог республики. Его знания легли в основу обстоятельной «Истории железных дорог Закавказья».

Восемнадцать благодарностей от Верховного Главнокомандующего – оценка его ратного подвига на фронтах Великой Отечественной войны. Военный комендант железных дорог Ростова-на-Дону и Крыма Аристакес Сагратян дошел до Берлина. А уже 9 мая 1945-го он дает зеленый свет эшелонам победителей – на восток, домой, через вверенный ему железнодорожный узел Праги.

В год 65-летия Победы советского народа над фашизмом сын издал в память об отце, полковнике железнодорожных войск, стихотворный сборник «Сквозь призму памяти и боли».

В одной из наших бесед Ашот Аристакесович обронил фразу: «Я не давал выдавливать из себя человека». Зная его много лет, готовы подтвердить, что в существе своем он таковым и был – мыслящим гражданином. Поэт-философ торил путь к читателю и через афоризмы, одним из которых и завершаем слово о нем: «Пыль веков – первый ковер истории».

Марина и Гамлет Мирзоян

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 18 человек

Оставьте свои комментарии

  1. Ашот Аристакесович прекрасно знал русскую литературу и был потрясающим знатоком и редчайшей огранки специалистом русского языка, что позволяло ему быть переводчиком высочайшего качества и масштаба. Его переводы давно уже стали классическими и непревзойденными по глубине и качеству. Он был большим мыслителем и потому его рассказы захватывают и завораживают и его стихи отличаются и глубиной и образностью. Он переосмыслил многие произведения Шекспира, тем самым внеся неизгладимый след в шекспироведение и его переводы 10 произведений Шекспира заслуживают самой высокой оценки и похвалы.

Ваш комментарий

* Обязательные поля