№2 (346) февраль 2022 г.

Армения – Турция: неравный матч с предопределенным результатом?

Просмотров: 4518

14 января в Доме приемов МИД России в Москве состоялась первая встреча специальных представителей Турции и Армении по вопросам нормализации двусторонних отношений. Сердар Кылыч и Рубен Рубинян общались за закрытыми дверями в течение примерно полутора часов. Переговоры прошли в позитивной и конструктивной атмосфере, поспешили заверить в МИД Армении, рассказав об обмене спецпредставителями предварительными соображениями относительно начавшегося процесса нормализации двусторонних отношений «без предварительных условий». Дата и место проведения новой встречи будут определены по дипломатическим каналам в надлежащее время.

Примерно аналогичное по тональности заявление озвучили и в турецком внешнеполитическом ведомстве. В Баку дали понять, что пристально следят за процессом, располагая о нем всей необходимой информацией. Европейский союз назвал встречу специальных посланников «важным шагом вперед». В свою очередь в МИД России отметили готовность Анкары и Еревана «вести диалог в конструктивном, неполитизированном ключе, в духе открытости и нацеленности на практический результат, двигаясь «малыми шагами» от простого к сложному».

Напомним, ушедший 2021 год прошел под знаком судорожных попыток армянских властей получить аудиенцию у турецкого «султана», в том числе через грузинское посредничество. Встречная реакция последовала в свойственном турецкой дипломатии наступательном стиле. 13 декабря министр иностранных дел Мевлют Чавушоглу объявил в парламенте о начале переговорного процесса с Ереваном, особо оговорив тесную координацию предпринимаемых шагов с официальным Баку. Как известно, предыдущая попытка двустороннего диалога в 2009–2010 гг., получившая название «футбольной дипломатии», увенчавшаяся подписанием Цюрихских протоколов, подверглась в Азербайджане жесткой обструкции. Однако итоги осенней войны 2020 года и подписание 10 ноября трехстороннего соглашения ознаменовали кардинальное изменение расстановки сил в регионе не в пользу Еревана и Степанакерта. В то же время военно-политические связи Анкары и Баку качественно укрепились, еще более усилив комфортный фон к дальнейшему наращиванию их усилий на армянском направлении.

Идею нормализации армяно-турецких отношений традиционно поддерживала не только Москва, но и Вашингтон: тогдашний госсекретарь Хиллари Клинтон и Сергей Лавров присутствовали на подписании Цюрихских протоколов. Действующий госсекретарь Энтони Блинкен поприветствовал очередную попытку наведения мостов между соседними странами. Несмотря на то, что турецко-американские связи в последнее время доверительными назвать сложно, высокопоставленный источник агентства Bloomberg увязал «армянские» инициативы Ак-Сарая (президентский дворец в Анкаре) с просьбой Джо Байдена, якобы призвавшего Эрдогана в ходе их октябрьской встречи в Риме открыть границу с Арменией. Сторонники этой версии утверждают о расчете турецкого руководства на то, что нормализация отношений с Арменией поможет ему улучшить напряженные отношения с Вашингтоном после покупки российских систем противоракетной обороны С-400. Здесь следует отметить, что в январе Эрдоган выступил с очередными заявлениями, призванными подтвердить его неукоснительное следование в фарватере евроатлантического курса (включая поддержку Киева в его противостоянии с Москвой). Для того чтобы хотя бы частично вернуть благосклонность Белого дома, Турции необходимо будет придерживаться этой линии еще более эффективно и напористо.

Послужные списки высоких переговаривающихся сторон свидетельствуют о многом. Сердар Кылыч – выходец из Самсуна, в разное время работавший на ответственных должностях в Совете национальной безопасности и на дипломатической службе. Будучи послом в США в 2015 году, он деятельно отражал давление, оказываемое на турецкие власти в контексте 100-летней годовщины геноцида армян. Можно предположить, что и в своей новой должности он уже предпринимает максимум усилий по «обнулению» внешнеполитических возможностей зарубежной армянской диаспоры. Как отмечает академик Рубен Сафрастян, десятилетиями выходцы из Черноморского региона (к коим относится и нынешний президент) занимали ведущие позиции в турецком истеблишменте, и семья Кылыч, тесно связанная с Эрдоганом и включающая нескольких особо приближенных к нему лиц – тому ярчайшее доказательство. Можно не сомневаться, что ход переговорного процесса будет координироваться с турецким президентом, уделяющим особое внимание нормализации отношений с ближними и дальними соседями – разумеется, на условиях Анкары в той мере, в которой это возможно.

Что же касается переговорщика с армянской стороны, то здесь среди прочих фигурировало и имя Жирайра Липаритяна, известного своими тесными связями с Анкарой и Баку и приехавшего в Ереван для встречи с парламентской фракцией партии «Гражданский договор». Будучи в 1996–1997 гг. спецпредставителем Левона Тер-Петросяна, этот гражданин США, последовательно выступающий за налаживание армяно-турецких отношений без предусловий, вел активные переговоры с Баку, однако после отставки первого президента надолго исчез из публичной политики. На фоне подозрений относительно возможных связей Липаритяна с ЦРУ в конечном итоге представлять Армению в намечающемся диалоге с Турцией будет назначенец Пашиняна – успевший поработать вице-спикером Национального Собрания 32-летний Рубен Рубинян. Отпрыск одного из местных прозападных «пикейных жилетов», в 2017–2018 гг. Рубен Рубинян в рамках проекта фонда «Грант Динк» по «обмену опытом между Арменией и Турцией» исследовал в Центре политики Стамбула при Университете Сабанджи влияние общественных организаций на процессы демократизации Турции. Как отмечает журналист Наири Охикян, указанный университет был учрежден в середине 1990-х годов для работы преимущественно с иностранными студентами с последующим их превращением в «агентов влияния». Примечательно и то, что среди преподавателей данного турецкого вуза немало сотрудников спецслужб Турции. Не приходится сомневаться в том, что наработанные молодым человеком связи, равно как и полное отсутствие дипломатического опыта, максимально облегчат задачи Сердара Кылыча по продвижению желаемой турками повестки дня в диалоге с «пашиняновским» Ереваном.

По мнению политолога Бениамина Матевосяна, да-факто Ереван выполнил все предъявляемые ему Анкарой требования. Помимо отказа от требований, связанных с признанием геноцида армян и подтверждением «территориальной целостности» Турции и Азербайджана, теперь речь идет и о возобновлении железнодорожного и автомобильного сообщения через армянскую территорию на привилегированных для соседей условиях. Завершение строительства железной дороги Карс – Игдыр и далее до границы с Нахичеванской Автономной Республикой, а также реализация проекта так называемого Зангезурского коридора будут означать еще более тесную региональную интеграцию, обеспечив Турции кратчайший путь к берегам Каспия. Грузами же гражданского назначения загружена далеко не полностью даже железная дорога Баку – Тбилиси – Карс, выполняющая в основном военно-политическую функцию – аналогично гипотетической магистрали от Ерасха до Горадиза через Джульфу и Мегри. Особых экономических выгод, способных повысить шансы на победу Эрдогана и его Партии справедливости и развития на предстоящих в 2023 году выборах, нормализация отношений с Арменией не несет. Гипотетическое разблокирование дорог и приграничная торговля будут способствовать некоторому оживлению сопредельных турецких провинций с переходом некоторой части их населения на сопредельную армянскую территорию. То же самое относится к Азербайджану, где не перестают вспоминать об «исторических землях» в Армении, называя конкретные поселения, куда могли бы вернуться «азербайджанские беженцы» (например Нюведи к востоку от Мегри). Еще во время Карабахской войны армянское руководство обещало открыть коридор из материкового Азербайджана через Нахичеван в Турцию, утверждает Haberturk, раскрывая некоторые детали процесса. Профильную рабочую группу предполагалось сформировать до 20 января 2022 года, а далее в течение примерно полугода – выработать некую «дорожную карту» нормализации двусторонних отношений. Предполагается, что дипломатические отношения будут выстраиваться за рамками «исторического измерения», с марта планируется возобновление чартерных рейсов (о котором говорил в декабре министр иностранных дел Турции), а чуть ли не в мае – июне – запуск железнодорожного сообщения через Мегри, что автоматически ведет к активизации торгово-экономических контактов. А после открытия шлагбаумов на армяно-турецкой границе отпадет необходимость в «грузинском» транзите и последует полноценное восстановление дипломатических отношений с учреждением посольств…

Конечно, едва ли этот «стахановский» план будет реализован в столь сжатые сроки – хотя бы потому, что не все в Армении разделяют мнение Липаритяна или Пашиняна по поводу «блестящих» перспектив, открываемых «эрой мира с соседями». Неудобные вопросы звучат от оппозиции в Национальном Собрании, которые правящее большинство может позволить себе игнорировать – едва ли имея на них содержательные ответы. Между тем теоретически в ходе начавшихся переговоров армянская сторона могла бы выставить встречные (как минимум) темы для обсуждения, сопроводив их при должном умении серьезной международной поддержкой, ибо речь идет о вопросах экологической и водной безопасности. Дело в том, что в ближайшие несколько лет турецкие власти строят в верхнем течении Аракса и на его притоках, в том числе вблизи Ахурянского водохранилища (одного из крупнейших в регионе), гидротехнические комплексы, способные оказывать прямое влияния на приграничный с Арменией сектор бассейна Аракса. Процесс идет вот уже около десяти лет, и к настоящему времени соответствующая программа реализована более чем наполовину, чем дальше – тем больше усугубляя кризис в сельскохозяйственном и коммунально-бытовом водоснабжении на значительной части армянской территории. «…В сопредельном с Турцией Ахурянском водохранилище Армении мы имеем на 100 млн кубометров воды меньше, чем в 2020 году», – заявил 23 марта прошлого года директор ГНКО «Центр гидрометеорологии и мониторинга» Левон Азизян. Причина – строительство на турецкой стороне примыкающего участка Аракса и его притока Ахуряна, начиная с 2012 года, ряда водохранилищ, в результате чего «водные ресурсы на этом участке сократились на 30–40%». По данным же МЧС Армении (июнь 2021 г.), Ахурянское водохранилище и вовсе обмелело на 187 млн кубометров. Снижение водонаполняемости Ахуряна негативно влияет на ресурсы формируемого им Арпиличского водохранилища, включая иссякающие крупные рыбные ресурсы. По словам главы Водного национального комитета Армении (в 2016–2020 гг.) Инессы Габаян, «ввиду упомянутых восточнотурецких проектов, реализуемых еще и при негативных изменениях климата, создание водохранилищ в водном приграничье Турции с Арменией становится все более серьезной проблемой для Армении». Соседнее государство «фактически забирает водоресурсы нашей страны», из-за чего приходится увеличивать водозабор из Севана, что ухудшает «и без того негативную ситуацию» на крупнейшем в Армении и в Закавказье пресноводном озере, о повышении уровня которого периодически рассказывал «варчапет». Не следует забывать, что гидрография Севана связана с бассейном Аракса рядом наземных и подземных источников. Экологическое состояние озера имеет решающее значение для биосферы более чем на 70% территории Армении.

Пытаясь по максимуму использовать тотальную внешнеполитическую несостоятельность режима Пашиняна, Анкара не без успеха диктует Еревану исключительно собственную политико-экономическую повестку. Между тем в 1927 году СССР и Турция подписали в Карсе бессрочные конвенции «О регулировании использования трансграничных вод» и «Об использовании трансграничных водопотоков». В 1973 г. в соответствии с этим документом и было решено построить на реке Ахурян крупное водохранилище для совместного пользования Турцией и Армянской ССР (в пропорции 50:50). Строительство завершилось к началу 1980-х годов с оговоркой о взаимном согласовании всех проектов, влияющих на наполняемость Ахурянского водохранилища. Несмотря на отсутствие официальных отношений и многолетнюю блокаду, в 2005 г. правительства уже независимой Армении и Турции официально подтвердили свою приверженность этим документам. Однако в 2011–2013 гг., после провала «футбольной дипломатии», как было упомянуто выше, соседи в одностороннем порядке начали строить каскад ГЭС и водохранилищ вблизи пограничного водораздела. Как сообщил в марте 2013 г. тогдашний сопредседатель армяно-турецкой комиссии по Араксу и Ахурянскому водохранилищу Владимир Мовсисян, «в верховьях Аракса турецкая сторона строит водохранилища, которые могут существенно повлиять на уровень воды в реке. Уже построено два водохранилища: Ширимкю в 1,9 млн кубометров и Бейбурд в 52 млн кубометров. Завершается сооружение весьма крупного Карсского водохранилища – в 332 млн кубометров» (завершено в 2014 г. – Ред.). Кроме того, идет строительство наиболее крупного – Каракуртского водохранилища объемом около 600 млн кубометров, его планируется ввести в действие не позже следующего года. Помимо выработки электричества на одноименной ГЭС (высота плотины 142 метра), накапливаемые водные ресурсы планируется направить на орошение долины Игдыра.

Таким образом, Турция получит в свое распоряжение большую часть воды Аракса – 1,4–1,5 млрд кубометров, что составляет 60% его пропускной способности в 2,5 млрд кубометров в год. Фактически речь идет о водной блокаде, которой турецкие власти дополняют поддерживаемую ими уже почти 30 лет (с 1993 г.) транспортную блокаду Армении. Между тем по международному праву блокада – одна из форм военных действий. Пример строительства «плотины Ататюрка» в рамках проекта Юго-Восточной Анатолии с неблагоприятными последствиями для Сирии и Ирака (включая «экологические» миграции и гражданские конфликты) наглядно демонстрирует долгосрочные последствия подобного рода проектов.

Осведомлены ли об этом все те в Ереване, кто рассказывает, без каких-либо подробностей, о «конструктивном» и «позитивном» ходе переговоров? В курсе ли они предшествующего опыта двусторонних контактов, включая юридическое заключение Международного центра правосудия переходного периода, представленное по обращению турецко-армянской комиссии по примирению? Напомним, согласно выводу квалифицированных международных юристов, резня армян в Османской империи в 1915–1918 гг. «включает все элементы преступления геноцида, как это определено в Конвенции [о предупреждении преступления геноцида и наказании за него], и ученые-юристы, а также историки, политики, журналисты и люди будут вправе продолжать так описывать». Хотелось бы надеяться на лучшее, но, откровенно говоря, печальная реальность не располагает к оптимизму. Едва ли так уж не прав тюрколог Варужан Гегамян, утверждающий, что в ходе предстоящих «интенсивных переговоров» будут «представлены исключительно предварительные условия турецкой стороны, которые приведут к новой капитуляции и уступкам». В любом случае в Анкаре целенаправленно работают над подключением Еревана (в заведомо подчиненном положении) к турецко-грузино-азербайджанской оси на Кавказе, и ее практические возможности ограничиваются разве что сохраняющимися, несмотря ни на что, российско-армянскими связями в военно-политической сфере.

Андрей Арешев, Москва

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 2 человека

Оставьте свои комментарии

Комментарии можно оставлять только в статьях последнего номера газеты