№2 (358) февраль 2023 г.

Легенда и жертва трагического века

Просмотров: 1774

К 145-летию со дня рождения Забел Есаян

Забел Есаян (урожденная Ованнисян) – одаренная писательница, тонкая переводчица, яркий публицист, занимающая уникальное место в истории новой армянской литературы и общественно-культурной жизни конца XIX – начала XX века.

Будущая гордость и «страдалица» армянского народа родилась в феврале 1878 г. в Константинополе (Стамбуле). Молодая армянка, повзрослев и обучившись в родном городе, затем «вышла на покоренье» вершин образования, изучая литературу и философию в Париже (Сорбонна, Коллеж де Франс).

...Вдохновленная французским романтическим движением двадцатого столетия и возрождением западноармянской литературы, Есаян увлеклась поэзией. Ее «Ночная песня» и другие первые сочинения появились в журнале «Цахик» в 1895 г. Забел публиковала короткие рассказы, литературные эссе, статьи и переводы на французском и армянском языках в периодических изданиях «Меркьюр де Франс», «Юманите», «Масис», «Анаит», «Аревелян мамул». Произведения «В зале ожидания» (1903), «Вечерняя заря Скютари» (1903), «Фальшивые таланты» (1905), «Даровитые люди» (1907) вызвали нескрываемый интерес к самобытной писательнице. В своих сочинениях она, в частности, разоблачала преступную антиармянскую политику султана Абдул-Гамида. После младотурецкой революции в 1908 г. Забел Есаян вернулась в Константинополь. В 1909 г. она побывала в Киликии, опубликовала серию статей о жестокой Аданской резне, унесшей жизни около 20 тысяч армян. Трагическая судьба киликийцев отражена в ряде произведений Есаян 1911 года – «Среди руин», «Проклятье», «Новая невеста» и других, дающих не только волнующие описания увиденного, пережитого, но и проникнутых глубокими обобщениями, раздумьями.

Забел Есаян оказалась единственной женщиной в списке намеченных турецкими властями к аресту и депортации в страшном апреле 1915 года. Можно считать подарком судьбы, что ей удалось избежать заключения – с группой общественных деятельниц и жен арестованных она перебралась в Болгарию, а затем в Тифлис. В Закавказье она занималась активной патриотической деятельностью, в частности устройством армянских беженцев.

1918 год застал писательницу на Ближнем Востоке в организации переселения беженцев и сирот. Во время этих поездок ею написаны повести «Последний стакан», «Моя душа в изгнании» (1919) и др.

Заслуживают внимания также заслуги Забел Есаян в дипломатической сфере в годы Первой Республики. Известность в кругах интеллигенции и прекрасное знание французского позволили ей в качестве советника и переводчика делегации Республики Армения принять участие в работе Парижской мирной конференции (1919–1920 гг.). Конференция была созвана государствами – победителями в Первой мировой войне (среди них числилась и Армения, потерявшая и свои земли, и свое коренное население на исконной территории родины) для уточнения границ, разработки мирного договора и его подписания с проигравшими государствами, включая Турцию… Проживавшая в Париже в 1921–1932 гг. пламенная патриотка активно публиковала во французских и других европейских изданиях множество работ на разных языках о постигшей армянский народ катастрофе… Долгие годы Есаян являлась членом парижского отделения Комитета помощи Армении, занимаясь вопросами оказания поддержки армянским мигрантам и сиротам.

Есаян с искренней надеждой и верой в лучшее будущее родного народа восприняла установление советской власти в Восточной («Русской») Армении. В романе «Отступающие силы» (1923) она описывает жизнь простых людей того времени. В 1926 г. она побывала на исторической родине и вскоре после этого опубликовала свои путевые впечатления под символичным названием «Прометей освобожденный» (1928). В 1933 г. писательница переезжает в Советскую Армению, и уже в 1934 г., полная творческой энергии и оптимизма, принимает участие в Первом съезде советских писателей в Москве.

В Армении Есаян, помимо преподавания в Ереванском государственном университете западноевропейской и армянской литературы, продолжала успешно творить. В советский период появляются повесть «Огненная рубашка» (1934), автобиографическая книга «Сады Силидара» (1935) и др. Некоторые сочинения издаются в переводе на русский в Москве.

Талантливая писательница была известна и как редактор, литературный критик и переводчик. В свою очередь ее произведения переводились на французский, английский, немецкий, русский и другие языки.

Казалось, на обретенной родине жизнь Забел Есаян вполне налажена и устроена – она занята преподавательской работой в главном вузе республики – ЕГУ, успешно творит и печатается, известна в Москве как яркая и одаренная представительница западноармянской литературы, принявшая советские реалии Армении... Но наступает зловещий 37-й, перемоловший и загубивший многие светлые головы армянских поэтов, писателей, ученых, общественно-политических деятелей... Есаян была арестована по обвинению в «национализме и антисоветской агитации». Обстоятельства ее смерти точно не установлены. Считается, что в январе 1939 г. Забел была приговорена к расстрелу, но спустя несколько месяцев приговор был заменен на десять лет ссылки в Сибирь… Разные источники и исследователи приводят различные даты кончины писательницы в промежутке 1939–1943 гг. Так, «Краткая литературная энциклопедия» (М., 1964) и «Большая советская энциклопедия» (М., 1972) датой и местом смерти официально указывают 1937 год, Ереван... Впрочем, конкретная дата не столь и важна – главное, что армянская культура, литература, народ лишились своей талантливой дочери-патриотки, все еще полной энергии и творческих планов...

...Писательница была в теплых дружественных личных отношениях и деловой переписке с выдающимися деятелями армянской творческой интеллигенции своего времени – Григором Зограбом, Левоном Шантом и многими другими представителями западно- и восточноармянской литературно-культурной элиты. Есаян лично знала, общалась и нередко делилась в письмах мыслями и планами с известным армянским писателем и переводчиком Кареном Микаэляном, сблизившись с ним на ниве литературно-общественной и национально-патриотической деятельности. Родом из нахичеванских (точнее агулисских) армян и ставший еще со студенческих лет «оседлым москвичом», Микаэлян, в частности, опубликовал уникальный цикл «Истерзанная Армения», созданный на основе рассказов детей-беженцев и сирот о реальных событиях и фактах геноцида армян и удостоившийся пристального внимания армянского общества как на родине, так и в России и Европе.

В январе 1916 г. Есаян писала о своем московском друге известному общественно-политическому деятелю, переводчику и издателю Ерванду Тагианосяну: «...Карен Микаэлян принес мне свои произведения для ознакомления: в высшей степени интересная и трогательная проделана им работа – прочел мне несколько страниц, которые все без исключения имели большую ценность: вот что нам надо было, и уверена: то, что сделано им... несравненно важнее и более служит конкретной цели, чем зыбкие и дорогостоящие результаты комиссий...» Она сама, как признается в письме другу, посоветовала и вдохновила К. Микаэляна сдать рукопись в бакинский армянский журнал «Горц» («Дело»). 23 сентября того же года Есаян в пространном письме делится с Микаэляном своими литературными делами и, в частности, интересуется: «...хотела бы знать, господин Микаэлян, почему не продолжили в «Горце» публикацию «Истерзанной Армении» – что вы намерены делать с этим трудом, который, уверена, не только сегодня, но всегда должен представлять огромную ценность как одна из самых волнующих работ о нашей современной несчастной жизни... Вы эту труднейшую работу проделали искусно... будет жаль, если так долго она не будет опубликована полностью. Не имеете ли намерения издать ее отдельной книгой, прошу об этом как можно скорее сообщить мне».

В том же письме Забел Есаян сообщает, что перевела несколько эпизодов из «Истерзанной Армении» для публикации во французской печати, а также материал французского публициста и журналиста Анри Барби о геноциде. Писательница информирует, что Барби вместе с ней собирал материалы и факты о геноциде армян и публиковал их во французских газетах и журналах. В годы Первой мировой вой-

ны Барби посетил Западную Армению, был очевидцем ужасающих последствий невиданной бойни, уничтожения целого народа на собственной земле и на основе неопровержимых фактов написал книгу «В стране ужасов. Мученица Армения». Обличающая зверства турок книга французского публициста была издана в 1919 г.: в переводе на армянский – в Константинополе и на русский – в Тифлисе.

О своей работе Забел Есаян далее писала своему московскому другу: «В настоящее время между прочим занята переводами из Анри Барби, который является собственным корреспондентом парижской Le journal illustration в России. Безусловно, знаете, что упомянутый господин уже издал книгу об армянах, имевшую успех. Сегодня перевела для него «Нахшун» из вашей «Истерзанной Армении» – большой интерес вызвала эта работа, и г-н Барби также подтвердил, что это одна из самых трогательных страниц, которую до сих пор перевели. В связи с этим считаю своей обязанностью дать Вам ряд сведений и надеюсь, что не будете против тех незначительных изменений, которые мы вынуждены были сделать в переводе: название «Истерзанная Армения» во французском переводе не имело необходимого звучания, так что предпочли более удобным поставить «Свидетельствуют дети». Кроме того, из Вашего предисловия сократили ту часть, где говорите, что рассказы написаны на российско-армянском диалекте, – эта часть не только лишняя для французского (издания), но и могла вызвать неразбериху. Все остальное перевела буквально. Если настаиваете на Вашем названии – могу дать в качестве второго заголовка». Есаян подчеркивает: «...нашей главной целью является создать впечатление у французской читающей общественности», добавляя, что материал выйдет в парижской иллюстрированной газете Lecture pour tous («Чтение для всех»).

В том же письме Есаян пишет: «Не намерены ли вновь приехать на Кавказ? Правда, жизнь здесь довольно скучна, и единственное наше развлечение – заботы, иногда занимающие нас, и армянские собрания, которые действительно забавны. К счастью, для таких людей, как мы, вопреки всему есть потаенные уголки души, где можем укрыться. Помните ли, хотя бы иногда, ту нашу ночную прогулку с Вааном Терьяном, оставшуюся для меня прекрасным воспоминанием?» Речь о встрече 1916 года в Москве, куда Забел приехала по приглашению Армянского комитета с докладом о западноармянской литературе, об армянских погромах.

Активная и содержательная переписка Забел Есаян со многими деятелями литературы и культуры родины и диаспоры красноречиво свидетельствовала о ее верности интересам Армении, армянского народа.

Ярких доказательств кипучей писательской и национально-патриотической деятельности славной дочери Армении – великое множество, ее творческое и эпистолярное наследие в основном опубликовано и высоко оценено, став достоянием не только интеллектуалов, но и всего рассеянного по миру армянства.

Забел Есаян – поистине легенда и жертва армянской сложной действительности, разделенной на «западную» и «восточную», олицетворение трагической судьбы высокообразованной армянки первой половины ХХ века. Ее своеобразная, уникальная роль в духовном единении армян мира признавалась не только в Армении, но и на Ближнем Востоке, в Европе, Америке... Одно из западных периодических изданий охарактеризовало ее весьма метко: «Забел Есаян является примером блестящей женщины, которая жила в такие времена, когда ум и сила воли были самыми опасными чертами»...

Видный писатель и литературовед Акоп Ошакан писал о талантливой дочери Армении: «Есаян – первая выдающаяся женщина-романист в нашей литературе, чуть ли не самый крепкий мастер романа у нас, наделенная аналитическим умом и даром проникновения в психологию».

Более высокую и меткую оценку вряд ли можно дать в юбилей достойнейшей представительницы армянского народа и армянской литературы ХХ века...

Роберт Багдасарян, доктор филологических наук

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 12 человек

Оставьте свои комментарии

Комментарии можно оставлять только в статьях последнего номера газеты